Между Любовью и Страстью [Первая книга] - Карина Волк

— Игнат, у меня к тебе предложение. Давай вернём в город. Ты спокойно поговоришь с родителями. А там посмотрим, что будет.

Вальяжно откинулся на спинку стула и задал провокационный, острый вопрос.

— А если родители откажутся? Что тогда будешь делать? Уйдёшь от меня?

Алиса звонко хихикнула, внушая оптимизм и даря надежду.

— Нет, любимый. Я никогда от тебя не откажусь. Даже не надейся. Просто поменяем тактику. Я попытаюсь переубедить твоих родителей. Начну чаще посещать твой дом и больше времени буду проводить с твоими родителями.

Сдерживал себя, не желал расстраивать Алису, хотя понимал, что она может что угодно делать, но никогда не завоюет симпатию моих надменных, высокомерных, меркантильных родителей.

— Игнат, ты почему замолчал? — Встревоженно проговорила она, пытливо блуждая глазами по моему сосредоточенному лицу. — Думаешь, что у меня совершенно нет никаких шансов.

— Не знаю, Алиса, — сухо признался. — Не знаю. Но готов дать тебе шанс. Попытайся. Но обещай, что несмотря на решение моих родителей, ты будешь руководствовать своим сердцем. И не уйдёшь от меня.

Моя милая, рыжеволосая красавица расплылась в широкой, очаровательной улыбке.

— Игнат, дай мне месяц. Всего лишь месяц.

Обречённо кивнул. Этот месяц превратится для неё в самый настоящий кошмар. Мои родители всё сделают, чтобы разрушить нас союз. Только ничего у них не получится. Моя любовь к Алисе сильнее всех препятствий и невзгод.

«Многие люди хотят поехать с вами в лимузине, но вам нужен кто-то, кто поедет с вами на автобусе, когда лимузин сломается». И Алиса была именно такой девушкой. Её совершенно не интересовали мой статус, богатство… Она любила меня! Только вот моим прагматичным родителям такую прописную истину не объяснить. Они жаждали женить меня на богатой, обеспеченной девушке, которая усилит нас статус и принесёт ещё больше богатства.

* * *

Стоял под струями прохладной воды, пытаясь прийти в себя после перелёта, но получить долгожданного умиротворения просто не мог, пока рядом со мной кружилась очаровательная рыжеволосая русалка. Глядя на идеальное, божественное тело, невольно покрывался мурашками…

— Игнат, даже не думай, — придав голосу грозные нотки, провозгласила моя девочка. — Мы договорились, что мирно принимаем душ. Потом ты отдохнёшь пару часов. А дальше…, — куколка кокетливо прикусила губу.

— А дальше? — Хрипло простонал, прижимая малышку к телу.

— А дальше, ты поедешь к родителям.

От такой перспективы всё желание пропало.

— А ты умеешь убеждать, — недовольно буркнул я и, распахнув душевую кабинку, схватил полотенце, яростно обмотав его вокруг бёдер, выскочил из ванной комнаты.

— Игнат, подожди. Ну ты обиделся, что ли, — почти полуобнажённая Алиса побежала за мной.

— Доброе утро, молодые люди, — надменно поприветствовал нас мой отец, который «без объявления войны» явился в мой дом. И непросто в дом, он зашёл без приглашения в спальню. — Так, Игнат, попроси свою очередную девицу, чтобы она удалилась из комнаты. У меня к тебе очень серьёзный разговор, — бесцеремонно, по-хозяйски он расположился на диване, брезгливо махая рукой, показывая Алисе, чтобы она удалилась.

Сделал шаг вперёд, прикрывая свою любимую.

— Выбирай выражения. Алиса вовсе не очередная девка. Она моя любимая девушка.

Сергей Платонович язвительно рассмеялся.

— Хватит, Игнат. Ты мне каждую неделю так говоришь. Так, девушка, — он вальяжно подался вперёд, — на выход. Быстро.

Моё лицо исказилось от злости, свирепо сжал руки в кулаки, готов был уже выгнать отца, но Алиса ласково обхватила мою руку.

— Дорогой, не стоит. Я пойду в соседнюю комнату. И там тебя подожду.

Моя сдержанная, уравновешенная малышка стремительно выскочила из спальни, сверкая пятками и не только.

Отец плотоядно усмехнулся.

— Хороша, девчонка. Очень даже аппетитная. Дай знать, когда она тебе надоест.

Внутри полыхал справедливый, яростный пожар…

Свирепо оскалился, явно давая понять, что не позволю в собственном доме оскорблять любимую женщину.

Отец фамильярно усмехнулся, грозно водя тёмными глазами.

— Выбирай выражения. Алиса — моя любимая девушка. И я не позволю её оскорблять, — сдерживал себя, всегда уважал и почитал родителей, но каждому терпению приходит предел.

Сергей Платонович властно взмахнул волевым подбородком.

— Любимая девушка? — Цинично прохрипел он и, суетливо поправив светло-коричневый галстук, неспешно поднялся на ноги и неторопливо, очень размеренно, подошёл ко мне. — Сынок, не говори глупостей. Эта девушка — лишь лёгкое увлечение. И знаешь, — на его сухих, тонких губах сверкнула лицемерная ухмылка, — я даже не против, чтобы у тебя была такая шикарная любовница. Ты ещё молодой. Жаждешь страстных, горячих ночей с шикарными красотками. И эта дев…

Резко дёрнулся, мои глаза помутнели, взгляд стал железно-холодным.

— Не смей, отец. Если ты скажешь хоть слово пошлости в адрес Алисы, то мы с тобой серьёзно поругаемся. Я никому не позволю её оскорблять, включая тебя.

В этот момент плохо контролировал свои эмоции, хотя ранее всегда отличался феноменальной выдержкой, многое мог стерпеть, привык слушать оскорбления и упрёки со стороны сурового и требовательного родителя, но обижать любимую женщину никому не позволю.

Тучи сгущались, атмосфера накалялась…

Сергей Платонович нахмурился и, медленно покачав головой, расстроенно прошептал, — Игнат, ты молодец. Защищаешь свою женщину. И это достойно уважения. Но…, — он многозначительно и таинственно замолчал.

Безмолвно стоял и смотрел на него. Лицо отца стало тусклым, непонятная, совершенно необъяснимая грусть накрыла его, на душе стало тоскливо.

— Что «но»?

Мой старик лениво обвёл меня сосредоточенным взглядом.

— Игнат, у меня к тебе очень серьёзный разговор. Переоденься. А я пока пойду в кабинет. И там тебя подожду.

Вздохнул.

— Твой разговор не может подождать? Я только с самолёта. Мне нужно хотя бы немного времени, чтобы отдохнуть.

— Нет, Игнат. И ты знаешь, что повторять дважды я не люблю. Жду тебя в кабинете. Не задерживайся, — непоколебимо скомандовал отец и быстрым шагом покинул комнату.

Рвано ухмыльнулся и, стремительно сорвавшись с места, моментально облачившись в лёгкий костюм, торопливым шагом направился к Алисе.

К чёрту все разговоры с отцом. Для меня нет ничего важнее Алисы. Понимал, что первая встреча с моим стариком её обескуражила и страшно обидела, но воспитанная девочка вида не подала, покорно покинула спальню и даже слова против не сказала. Хотя любая бы на её месте легко могла дать хороший отпор невоспитанному мужику, который несправедливо нахамил.

Неспешно распахнул дверь в соседнюю спальню и увидел свою девочку, которая с милой улыбкой стояла возле картины и внимательно рассматривала полотно.

Облегчённо выдохнул. На минуту мне показалось, что Алиса ушла.

— Любимая, ты что делаешь?

Малышка, не сводя глаз с картины, восторженно прошептала, — о любви пишут стихи, сочиняют целые романы и поют песни. А знаменитые художники посвящают этому чувству свои лучшие шедевры.

Ласково улыбнулся своей девочке,